«Сражение обезьяны с крабом»

    Людмила Ермакова, перевод с японского

     В конце концов Краб все же сумел отомстить Обезьяне, отнявшей у него рисовый колобок. С помощью Ступки, Осы и Яйца он убил ненавистного врага. Ныне можно уже и не пересказывать эту историю. Но вот о том, как сложилась судьба Краба и его сторонников после смерти Обезьяны, поведать необходимо. Ведь в сказке об этом не сказано ни слова.
     Больше того, сказка даже представляет дело так, будто Краб вернулся к себе в норку, Ступка - в угол кухни, Оса - в свое гнездо под карнизом, Яйцо - в ящик с рисовой шелухой, и все они зажили мирно и спокойно.
     А между тем это неправда. После того, как они отомстили Обезьяне, все они были арестованы полицией и посажены в тюрьму. Притом после судебного разбирательства главного преступника - Краба - приговорили к смертной казни, а его сообщников - Ступку, Осу и Яйцо - к пожизненной каторге. Читатель, знакомый только со сказкой, может быть, усомнится в том, что их судьбы могли принять такой оборот. Но это факт. Не подлежащий ни малейшему сомнению факт.
     Краб, по его собственному свидетельсту, отдал рисовый колобок в обмен на хурму. Обезьяна же не только подсунула ему незрелые плоды вместо спелых, но прямо-таки забросала его зеленой хурмой, явно имея в виду нанести ему увечье.
     Однако никакими расписками при этом Краб и Обезьяна не обменивались. Собственно, это не так уж важно, ведь договорились они просто о факте обмена рисового колобка на хурму, а спелость последней никак не оговаривалась. В конце концов, пусть даже Обезьяна и принялась швырять в него жесткими незрелыми плодами, разве есть какие-нибудь свидетельства злого умысла с ее стороны? Не удивительно, что и знаменитый адвокат Имярек, выступавший в защиту Краба, не смог придумать ничего умнее, чем только взывать к состраданию судей. Рассказывали, что этот адвокат, с сочувственным видом вытирая Крабу его пузырьки-слезы, говорил ему: "Смирись!" Но так никто и не разобрался, к чему относится это "смирись, - то ли к смертному приговору, то ли к тому огромному гонорару, который запросил адвокат.
     Да и среди тех, кто выражал общественное мнение в прессе, тоже не нашлось почти никого, кто бы сочувствовал Крабу. Ведь он убил Обезьяну из сугубо личных побуждений. С досады, что та обвела его вокруг пальца, воспользовшись его незнанием и опрометчивостью - разве нет? Но в нашем мире, где сильный всегда побеждает слабого, волю своему гневу дает либо глупец, либо безумец. И критических высказываний такого рода было немало.
     Вот, например, некий барон, глава коммерческого совета, был со всем этим полностью согласен, но сверх того еще пришел к заключению и объявил во всеуслышание, что от убийства Обезьяны веет духом модных нынче "опасных мыслей".