Только зачем вы написали это ужасное слово: "прискорбие"? Je ne puis pas souffrir се mot. Mettez (Я не переношу этого слова...
И она показывала мне свое белесое брюшко, которое все животные из осторожности скрывают вплоть до смертного часа или часа любви. Когда я обвязывал е..
Очки негра - образцовые круги цвета блеклой фиалки в прелестной золотой оправе - направлены были на Сэммлера, но лицо при этом выражало лишь наглость крупного животного...
МАСКА ХЁТТОКО У перил моста Адзумабаси теснятся люди. Время от времени к ним подходит полицейский и уговаривает всех разойтись, но толпа тут же смыкается снова. Все ждут, когда под мостом пройдут лодки, направляющиеся на праздник любования цветами вишни. По одной и по две лодки плывут с низовьев вверх по реке, уже поднимающейся от прилива. Над многими устроен парусиновый навес, а по бокам его свешиваются занавески - белые в красную полоску . На носу водружены флаги и развевающиеся вымпелы в старинном вкусе. Похоже, что все, сидящие в лодках, слегка навеселе. В просветах между занавесками можно различить игроков в /кэн/ - обмотав голову полотенцем на манер женщин из веселого квартала Ёсивара или торговок рисом, они выкрикивают: "Один, два!" Видно, как кто-то силится петь, качая в такт головой. Люди, глядящие на это с моста, откровенно потешаются. Когда мимо проплывают лодки с музыкантами - и с традиционными инструментами, и с европейскими - толпа на мосту разражается громкими возгласами. Кто-то даже кричит: "Эй, дурачье!" С моста река похожа на оловянную пластинку, белым всполохом отражающую солнце, время от времени проходящие катера поднимают поперечную волну, и тогда к цвету реки добавляются вспышки ослепительной позолоты. Только кажется, что этот веселенький стук барабанов, звуки флейты и сямисэна вонзаются в эту разглаженную водную поверхность как укусы вшей. От кирпичных стен пивоваренного завода Саппоро далеко за насыпь тянется что-то припорошеннное копотью, белесое, тяжеловесное - это и есть вишни, которые сейчас в цвету. У пристани Кототои виднеется множество японских и европейских лодок. Шлюпочный сарай университета заслоняет их от солнца, и отсюда видно только, как движется какая-то колышащаяся темная масса. Вот из-под моста вынырнула еще одна лодка. Как и все прежние, это большая ладья старинной японской постройки, и она тоже направляется на праздник любования цветущей вишней. Укрепив на лодке красно-белые занавески с полосатым вымпелом таких же цветов, гребцы, повязав на голову одинаковые полотенца с нарисованными на них алыми цветками вишни, поочередно то делают взмах единственным веслом, то отталкиваются шестом. И все же лодка идет не очень быстро. В тени занавесок виднеется человек десять. Пока лодка еще не вошла под мост, они наигрывали на двух сямисэнах не то "Весна в сливовом цвету", не то еще что-то, а когда песня кончилась, оркестр заиграл какую-то разухабистую музыку, да еще с ударами гонга. На мосту снова раздался дружный смех. Послышался плач ребенка, прижатого в давке. И пронзительный женский голос: "Ох, да вы посмотрите только! Пляшет!" Какой-то невысокий человек, напялив на себя шутовскую маску Хеттоко `Хеттоко - название маски и совершаемого в ней комического танца.
