Молодой человек читает, темноволосая лыжница (она назвалась Стеллой) обменивается банальностями с рыжей дамой. - Я лично предпочитаю Локарно, а не Лугано...
Да, надо ходить сюда и смотреть, как чаша глотает воды ливня, не успевающие звонко упасть на мощеное патио. Глотает, и все, словно ждала их, жадно разинув рот...
- Тень Святослава скитается не воспетая, писали вы мне когда-то. А Владимир? а Мстислав? а Донской? а Ермак? а Пожарский? Истории народа принадлежит поэту"...
В моем рассказе "Генерал" власти вычеркнули ряд строк. Однако, по сообщениям газет, живущие в нужде инвалиды войны ходят по улицам Токио с плакатами вроде таких: "Мы обмануты командирами, мы - подножка для их превосходительств", "Нам жестоко лгут, призывая не вспоминать старое" и т.п. Вычеркнуть самих инвалидов как таковых властям не под силу. Кроме того, власти, не думая о будущем, запретили произведения, призывающие не хранить [верность императорской армии]. [Верность], как и любовь, не может зиждиться на лжи. Ложь - это вчерашняя правда, нечто вроде клановых кредиток [кредитные билеты, выпускавшиеся в XVII-XVIII вв. в кланах и имевшие хождение только в пределах того клана, который их выпустил], ныне не имеющих хождения. Власти, навязывая ложь, призывают хранить верность. Это все равно что, всучивая клановую кредитку, требовать взамен нее монету. Как наивны власти.
*ИСКУССТВО ВЫШЕ ВСЕГО*
Вершина принципа "искусство выше всего" - творчество Флобера. По его собственным словам, "бог является во всем им созданном, но человеку он свой образ не являет. Отношение художника к своему творчеству должно быть таким же". Вот почему в "Мадам Бовари" хоть и разворачивается микрокосм, но наших чувств он не затрагивает. Принцип "искусство выше всего", - по крайней мере, в литературном творчестве - этот принцип, несомненно, вызывает лишь зевоту.
*НИЧЕГО НЕ ОТБРАСЫВАТЬ*
Некто скверно одетый носил хорошую шляпу. Многие считали, что ему лучше обойтись без такой шляпы... Но дело в том, что, за исключением шляпы, он не носил ничего хорошего. И вид у него был обшарпанный. У одного рассказы сентиментальны, у другого драмы интеллектуальны, это то же самое, что случай со шляпой. Если хороша только шляпа, то вместо того, чтобы обходиться без нее, лучше постараться надеть хорошие брюки, пиджак и пальто. Сентиментальным писателям следует не подавлять чувства, а стремиться вдохнуть жизнь в интеллект. Это не только вопрос искусства, это вопрос самой жизни. Я не слыхал, чтобы монах, который только и делает, что подавляет в себе пять чувств, стал великим монахом. Великим монахом становится тот, кто, подавляя пять чувств, загорается другой страстью. Ведь даже Унсе [(1827-1909) - известный деятель буддизма], услыхав об оскоплении монахов, вразумляет учеников: "Мужское начало должно полностью выявляться". Все, что в нас имеется, надо развивать до предела. Это единственный данный нам путь к тому, чтоб достигнуть совершенства и стать буддою.
*ФАНАТИКИ, СТУПАЮЩИЕ ПО ОГНЮ*
Правота социализма не подлежит дискуссиям. Социализм - просто неизбежность. Те, кто не чувствует, что эта неизбежность неизбежна, вызывают во мне чувство изумления: ведь они словно фанатики, ступающие по огню.
