Ясукити знал хозяина этой лавки очень давно. Очень давно, - кажется, с того самого дня, когда его перевели сюда в морской корпус. Он случайно зашел купить коробку спичек. В лавке была маленькая витрина; за стеклом, вокруг модели крейсера "Микаса" с адмиральским вымпелом, стояли бутылки кюрасао, банки какао и коробки с изюмом. Но над входом висела вывеска с красной надписью "Табак", значит, конечно, должны быть в продаже и спички. Ясукити заглянул в лавку и сказал: "Дайте коробку спичек". Неподалеку от входа за высокой конторкой стоял со скучающим видом косоглазый молодой человек. При виде посетителя он, не отодвигая счетов, не улыбнувшись, ответил: - Возьмите вот это. Спички, к сожалению, все вышли. "Вот это" было крошечной коробочкой, какие дают в приложение к папиросам. - Мне, право, неудобно... Тогда дайте пачку "Асахи". - Ничего. Берите. - Нет уж, дайте пачку "Асахи". - Берите же, если она вам годится. Незачем покупать то, что не нужно. Слова косоглазого были, несомненно, вполне любезны. Но его тон и лицо выражали удивительную неприветливость. И попросту ужасно не хотелось у него что-либо брать, а повернуться и уйти было как-то неловко. Ясукити волей-неволей положил на конторку медную монетку в один сэн. - Ну, так дайте две таких коробочки. - Пожалуйста, хоть две, хоть три. Только платить не надо. К счастью, в эту минуту из-за рекламы "Кинсэн-сайда" [сорт сидра], висевшей у двери, показался приказчик - прыщеватый малый с неопределенным выражением лица. - Спички здесь, хозяин. Внутренне торжествуя, Ясукити купил коробку спичек нормального размера. Стоили они, разумеется, один сэн. Но никогда еще спички не казались ему такими красивыми. А торговая марка - парусник на треугольных волнах - была так хороша, что хоть вставляй в рамку. Бережно опустив спички в карман брюк, Ясукити с чувством одержанной победы вышел из лавки. С тех пор в течение полугода Ясукити по пути в корпус и обратно часто захаживал в эту лавку. И теперь еще, закрыв глаза, он мог отчетливо ее себе представить. С потолочной балки свешивается камакурская ветчина. Через окно в мелком переплете падает на оштукатуренную стену зеленоватый солнечный свет. Бумажки, валяющиеся на дощатом полу, - это рекламы сгущенного молока. На столбе прямо напротив входа висит под часами большой календарь. И остальное - крейсер "Микаса" на витрине, реклама "Кинсэн-сайда", стул, телефон, велосипед, шотландское виски, американский изюм, манильские сигары, египетские папиросы, копченая сельдь, жаренная в сое говядина, - почти все сохранилось в памяти. Особенно выставлявшаяся из-за высокой конторки надутая физиономия хозяина, на которого он насмотрелся до отвращения.
